das_foland


"Откуда я пришел, не знаю..."


Previous Entry Share Next Entry
Стоит ли ждать нового «срыва резьбы» в российско-турецких отношениях. часть 2. Окончание.
das_foland
Оригинал взят у kramaha1 в Стоит ли ждать нового «срыва резьбы» в российско-турецких отношениях. часть 2. Окончание.


Окончание. Начало см. в Стоит ли ждать нового «срыва резьбы» в российско-турецких отношениях. часть 1.

Данный ввод войск прошел не только без согласования с законным правительством Сирии, но более того – вопреки ему. Официальный Дамаск выразил протест данному событию. Российские официальные лица вообще никак не отреагировали на ввод турецких войск, за исключением краткого сообщения на сайте МИД РФ о высказанной главой МИД РФ С.Лавровым, на встрече с министром иностранных дел Турции М. Чевушоглу, обеспокоенностью действиями ВС Турции в Сирии.В экспертной среде превалировало мнение, что это было сделано по согласованию с российской стороной, что лично мне, кажется ошибочным. Скорее всего, Эрдоган очень точно просчитал ситуацию, публично заявил, что целью операции является борьба с ИГИЛ (запрещена в РФ) и «террористическими группами сирийских курдов», угрожающих Турции. То, что турецкие военные и специальные службы находились в Сирии и активно участвовали в дестабилизации ситуации и военных действиях с 2010 года – факт известный, но сейчас впервые было заявлено об этом официально. Это была первая попытка легализации экспансии Турции в Сирию. Уже в конце августа 2016 года было понятно, что данный ввод войск никак не связан с борьбой с терроризмом, а его задача именно приучение мировой общественности к мысли о том, что турецкие солдаты обосновались на территории Сирии всерьез и надолго. И ни военные успехи, ни военные неудачи, если они не обретут совсем катастрофический для турецкого государства характер, не заставят Эрдогана их вывести. Скорее наоборот, неудачи позволят за счет воинственной риторики, наращивать контингент вооруженных сил в регионе. Неоднократно турецкими заявлялось, что Алеппо – турецкий город и должен принадлежать турецкому народу, что Лозанская декларация 1923 года является «ложной победой турецкой дипломатии» , что турецкий народ «не может отныне жить психологией 1923 года» и т.д. Напомню, что согласно Лозанскому договору богатый нефтеносный Мосул остался вне территории Турецкой республики, а часть островов в Эгейском море перешли под контроль Греции. Когда усилиями сирийской правительственной армии и российских ВКС кольцо вокруг Восточного Алеппо замкнулось, многие эксперты высказывали предположение, что в котле, помимо боевиков оказалось большое количество так называемых «военных инструкторов» (профессиональных военных США, Великобритании и Турции). Косвеным подтверждением присутствия турецких военных эмиссаров в Алеппо, может служить грандиозная по масштабам операция, начатая во второй декаде декабря по выводу оставшихся в окружении почти 10 тыс. боевиков в сирийскую провинцию Идлиб, контролируемую антиассадовскими группами. 16 декабря Владимир Путин, находясь с визитов в Японии, комментируя ситуацию по передислокации боевиков из котла в Восточном Алеппо в Идлиб сказал следующее: «Судя по тому, что я вижу, происходит именно то, о чем мы договаривались, в том числе с президентом Турции еще во время его посещения Санкт-Петербурга. Мы договорились о том, что Турция окажет всяческое содействие в выводе тех боевиков, которые будут готовы сложить в Алеппо оружие, прежде всего для сохранения жизни мирных граждан». Путин прямо называет субъектом, внесшим решительный вклад в то, чтоб заставить «непримиримых» боевиков сложить оружие и покинуть Алеппо, Эрдогана. Остается только гадать, сколько из тех, 6462 человек, которые покинули восточный Алеппо, на 9-ти автоколоннах, за первые сутки операции по вывозу, было штатных сотрудников турецкой армии и спецслужб.

Но, вернемся к операции «Щит Евфрата» в контексте тезисов доклада «Эрдоган и другие». Как мы уже говорили, в начале операции Эрдоган заявлял, что целью является борьба с ИГИЛ (запрещена в РФ) и сирийскими курдами. 29 ноября 2016 года Эрдоган заявил, что настоящей целью операции является свержение «диктаторского режима Башара Асада». Цитата «”Мы долго терпели, но, в итоге были вынуждены войти в Сирию […] Мы пришли в Сирию, чтобы положить конец правлению жестокого тирана Асада». При чем тут курды или ИГИЛ?

На столь вопиющее заявление, Кремль в лице пресс-секретаря Пескова заявил, что «ждет объяснений». Видимо, объяснения были даны по дип. каналам т.к. публично было заявлено нечто вроде: «Не переживайте, это было сказано для внутреннего турецкого потребления». Таким образом, мы видим, что никакого сколь бы то ни было принципиального изменения политики по выходу Турции за границы Турецкой республики, в связи с примирением, не произошло. Из плоскости публичных заявлений и угроз (дошедших до уничтожения российского бомбардировщика), перешли в непубличную плоскость. Как говорится, в одной восточной поговорке: «Не можешь отрубить руку – поцелуй ее».

Именно так пытается действовать Эрдоган. Возможно, в качестве сатирической иллюстрации такого подхода можно внимательно посмотреть на фото с октябрьского визита Путина в Стамбул на 23-й Мировой энергетический конгресс, на котором радушные хозяева Эрдоган и Алиев что-то увлеченно рассказывают московскому гостю. Но, что особенно тревожно, в связи с неудачами Турции в Сирии, это сообщения ФСБ РФ от 14 декабря 2016 года. Цитата: «Федеральная служба безопасности (ФСБ) России сообщила о предотвращении в Москве серии терактов, которые готовились по указанию находящегося в Турции эмиссара ИГИЛ». По тональности сообщения можно сказать, что эмиссар до сих пор находится в Турции, не арестован. Также ничего не сказано о возможной помощи турецкой стороны в предотвращении данных терактов. Уместно предположить, что если бы такая помощь была оказана, то, ввиду нормализации российско-турецких отношений, о ней бы сообщили. Можно предположить, что публичная засветка нахождения эмиссара ИГИЛ именно в Турции, была осуществлена потому, что не удалось согласовать с турецкими партнерами его задержание и выдачу России. Мы видим вязкую многослойную политическую игру между турецкими и российскими властями. Ни одна из сторон не желает вернуться к тому состоянию российско-турецких отношений, которое было всего пол-года назад. При этом обстоятельства могут привести к эксцессам, которые снова могут сильно испортить взаимоотношения стран. Предположим, что серия терактов в Москве состоялась, и куратор находится в Турции. Находиться там он может только с разрешения турецких спец.служб.

То, что турецкие власти не могут заявить напрямую они осуществляют через подконтрольные им некоммерческие организации (НКО). Так 13 декабря 2016 года в связи с большими успехами сирийской армии в восточном Алеппо, возле Иранского и Российского генконсульств в Стамбуле прошли достаточно крупные акции протеста, которые по сообщениям официальных турецких СМИ были организованы турецкими НКО. На самом большом из них присутствовало до 250 человек. Среди основных лозунгом манифестантов было требование к турецким властям вмешаться в ситуацию в Алеппо. При этом турецкая полиция, отлично умеет разгонять несанкционированные митинги, однако митинги проходили под контролем отрядов полиции со специальной техникой.

Таким образом, сближение Турции и России позволило снять напряженность, наладить контакт на всех уровнях, в значительной степени восстановить экономическое сотрудничество и координацию между военными и спецслужбами. При этом, по прошествии полугода, трудно назвать хотя бы одно направление, в котором наметилось качественное долгосрочное сближение между Россией и Турцией.

То, что поддерживаемые турецкими спецслужбами крымско-татарские боевики не дает никаких гарантий даже на краткосрочную перспективу. После освобождения Алеппо неминуемо последует война за Идлиб, где Турецкое военное присутствие будет значительно более масштабным и подготовленным. Хватит ли выдержки у турецкого руководства, чтоб не повторить ситуацию конца ноября 2015 года?


?

Log in

No account? Create an account