das_foland


"Откуда я пришел, не знаю..."


Previous Entry Share Next Entry
Об актуальности трактата Сунь-Цзы «Искусство войны»
das_foland
Оригинал взят у nkfedor в Об актуальности трактата Сунь-Цзы «Искусство войны»


В последнее время часто цитируют Сунь-Цзы — легендарного китайского военачальника. Считается, что его трактат «Искусство войны», написанный в V веке до нашей эры — шедевр военной мысли, что он до сих пор актуален. Это мнение, пусть и с некоторыми оговорками, отражено и в соответствующей статье в Википедии. В частности, там сказано, что «во многих восточноазиатских странах «Искусство войны» было частью экзаменационной программы для потенциальных кандидатов на военную службу». Что в Японии в эпоху Сэнгоку полководец Такэда Сингэн (1521—1573), именно благодаря тому, что он изучал «Искусство войны», практически никогда не знал поражений. Что этот трактат оказал значительное влияние на Мао Цзедуна — идеи Сунь-Цзы нашли отражение в произведении Мао «О партизанской войне». Что «Искусство войны» было предметом изучения среди офицеров Вьетконга, которые «могли цитировать наизусть целые разделы книги». А победа над французами в знаменитой битве при Дьенбьенфу, в значительной мере была предопределена тем, что вьетконговский генерал Во Нгуен Зиап успешно применял тактику, описанную в «Искусстве войны».

Однако, если всерьез говорить о той же битве при Дьенбьенфу, не может не возникнуть вопрос: неужели Во Нгуен Зиап не достиг бы стоящей перед ним цели, если бы ничего не знал о трактате Сунь-Цзы, а просто действовал бы в соответствии, скажем, с «Боевым уставом сухопутных войск» (БУСВ) СССР?

И еще. Отдавая дань уважения этому трактату, нельзя не видеть того, что уже к середине XX века военная проблематика, обогатилась новыми фактами и обстоятельствами, в отношении которых рекомендации Сунь-Цзы уже не выглядят столь универсальными и действенными. И дело не только в появлении оружия массового поражения, радикально изменившего характер современной войны. В условиях войны технологий, в том числе, информационных, общефилософские «универсалии» трактата, даже если исходить из того, что они не утратили ни справедливости, ни актуальности, следовало наполнить новым содержанием — адекватным и этим технологиям, и масштабам проблематики современной войны.

Ответом на новые вызовы явилось появление новых отраслей научного знания, в той или иной степени имеющих отношения к военному строительству и непосредственным боевым действиям. Среди них — научная дисциплина под названием «Системный анализ».

В конце шестидесятых годов вниманию советского читателя была представлена книга Э. С. Квейда «Анализ сложных систем: Методология анализа при подготовке военных решений», являющаяся переработанным изложением курса лекций по анализу систем, прочитанных ведущими работниками корпорации RAND для руководящих работников министерства обороны и промышленности США. В ней, в частности, говорится:

«Выживание нации, возможно, в значительной степени зависит от ее способности решать проблемы современной войны заблаговременно, учитывая при этом, что опыт предыдущих войн вряд ли может стать надежной основой для решения этих задач. Многое из того, что может быть связано с будущим конфликтом, нельзя решить иным путем, кроме расчетного. Нет никакого другого способа установить количество ракет, необходимых для уничтожения группы целей, или определить, как сохранить узел связи при разрыве поблизости от него бомбы с зарядом, эквивалентным 20 мегатоннам тринитротолуола, или осуществить надежное разоружение».

Определение политики в области обороны, считает Квейд, потребовало проведения «системных количественных исследований физиками, социологами, инженерами в сотрудничестве с военными специалистами». Результатами этих исследований являются рекомендации тем, «кто принимает решения в самых широких вопросах национальной безопасности». Подобные исследования и составляют содержание дисциплины «Анализа систем». Небезынтересны обстоятельства, побудившие обратиться к исследованиям подобного типа. Квейд пишет:

«В момент катастрофического военного положения, создавшегося в Англии в ходе второй мировой войны, лица, ответственные за оборону этой страны, решили привлечь физиков, биологов, математиков и других высокообразованных специалистов к решению чисто военных проблем. Привлечение специалистов было вызвано не только глубиной переживаемого тогда кризиса, но и появлением нового оружия, основывающегося на новых методах производства, которые не были известны из прошлого военного опыта. Это оружие и системы оружия (ярким примером является радиолокатор) были настолько новыми по замыслу и конструкции, что их применение нельзя было планировать только на основе обычного военного опыта. Потребовались новые методы анализа, которые были разработаны во время второй мировой войны и положили начало области знаний, названной в то время анализом операций, а позднее, в зависимости от применения, - исследованием операций, системотехникой, анализом эффективности затрат и анализом систем. Успех небольших, но достаточно организованных усилий в Англии послужил толчком для развития-деятельности в этом направлении, и, как этого можно было ожидать, привлечение ученых способствовало решению проблем, которые обычно считались вне их компетенции».

Первая глава трактата Сунь-Цзы называется «Предварительные расчеты». Вот несколько выдержек из нее:

1. Сунь-цзы сказал: война — это великое дело для государства, это почва жизни и смерти, это путь существования и гибели.

4. Поэтому войну взвешивают семью расчетами и таким путем определяют положение.

9. Кто - еще до сражения - побеждает предварительным расчетом, у того шансов много; кто - еще до сражения - не побеждает расчетом, у того шансов мало. У кого шансов много - побеждает; у кого шансов мало - не побеждает; тем более же тот, у кого шансов нет вовсе. Поэтому для меня - при виде этого одного - уже ясны победа и поражение.


Это мудрость, которой, как полагают некоторые, не менее двух с половиной тысячелетий.

А вот, к примеру, реальная ситуация конца сороковых — начала пятидесятых годов. Напомню, что 19 декабря 1949 года Комитетом начальников штабов (КНШ) США был утвержден план «Dropshot» войны против Советского Союза и его союзников, предполагавший использование ещё существовавшей на тот момент ядерной монополии США для организации масштабных атомных бомбардировок городов Советского Союза и невиданного в истории массового уничтожения мирного населения. Впрочем, такие структуры как КНШ для того и существуют, чтобы разрабатывать самые разные сценарии ведения боевых действий — по возможности, на все случаи жизни. Здесь же интересна дата утверждения документа — до появления советских (да и американских) межконтинентальных баллистических ракет оставалось несколько лет. Основным средством доставки ядерных боеприпасов в тот период были стратегические бомбардировщики.

Поэтому нет ничего удивительного в том, что по командование ВВС США предложило корпорации RAND провести «исследование проблемы выбора авиационных баз на других континентах». Иными словами, произвести те самые «семь расчетов» («Сем раз отмерь»?), о которых говорит Сунь-Цзы. И тут-то «вылезла» конкретика и особые обстоятельства, отражающие специфику холодной войны. Квейд пишет:

«Однако в скором времени предварительное исследование этого вопроса показало, что основная проблема заключалась не в том, как приобрести, построить и эксплуатировать авиационные базы на территории других стран, а в том, где и каким образом базировать стратегические военно-воздушные силы и как действовать этими силами во взаимодействии с избранной системой баз. Стало ясно, что вопрос выбора баз может решающим образом повлиять на состав и ударную мощь стратегической авиации, а также на общую сумму затрат на нее. Таким образом, было неблагоразумно рассматривать вопрос о базах только в зависимости от экономии на их стоимости. Необходимо было учитывать, как сказывается решение о базах на общей стоимости всей стратегической авиации, как, например, оно скажется на затратах в связи с увеличением дальности действия бомбардировщиков, которые не могут достигать цели без дозаправки топливом, или на маршрутах, по которым должны летать самолеты над территорией противника, на потерях, которые они могут иметь от огня ПВО противника во время полета по этим маршрутам, а также на трудностях, которые могут возникнуть при восстановлении баз после нападения на них противника».

И вновь обратимся к мудрости Сунь-Цзы. В третьей главе трактата «Стратегическое нападение» сказано: «побеждают, если знают, когда можно сражаться и когда нельзя». И еще:

«9. Поэтому и говорится: если знаешь его и знаешь себя, сражайся хоть сто раз, опасности не будет; если знаешь себя, а его не знаешь, один раз победишь, другой раз потерпишь поражение; если не знаешь ни себя, ни его, каждый раз, когда будешь сражаться, будешь терпеть поражение».

Это, вне всякого сомнения, ценная рекомендации. Однако, что делать военно-политическому руководству США? Пусть даже каждый из его представителей способен наизусть цитировать Сунь-Цзы?

Исследованиям, предшествующим принятию требуемого решения, Квейд уделяет в своей книге не один десяток страниц, на которых подробно разбираются и действия военных США, и предполагаемые действия командования ВС СССР. И приходит к следующим выводам:

«Насколько мне известно, это было первым исследованием, в котором в качестве важнейшей проблемы был поднят вопрос об уязвимости стратегической авиации США, самой мощной авиации в мире, и было указано на то, что она может подвергнуться уничтожению в результате внезапного удара противника. Исследователи рассмотрели много средств и способов, которые позволили бы противостоять этой угрозе, а последующие обсуждения дали рекомендации ВВС США в отношении других мер. В результате были одобрены необходимые меры для защиты стратегической авиации США от объединенной угрозы со стороны самолетов и баллистических ракет и была пересмотрена роль активных средств ПВО»

«Искушенному» читателю наших дней свойственно полагать, что многие положения трактата Сунь-Цзы выглядят вполне себе очевидными («Спасибо, мол, Кэп»). Интересно, что аналитики RAND также столкнулись с весьма похожей оценкой их собственной деятельности — правда спустя несколько лет после завершения исследования, заказанного командованием ВВС. Снова дадим слово Квейду:

«Сегодня критики полагают, что итоги проведенного анализа должны были быть очевидными до его проведения и что не требовалось никакого тщательного анализа. Они утверждают, что нелепо не принимать все разумные меры для защиты своих наступательных сил, особенно когда предполагается, что противник нанесет первый удар, и что также нелепо перевозить ракетное топливо по воздуху во время боевых действий, когда его при небольших затратах можно перевезти по морю в мирное время и хранить там, где оно, вероятно, понадобится. Тем не менее эти «нелепости» не были очевидными в то время и стали очевидными через ряд лет после проведения нашего анализа».

По-видимому и к попыткам подобной критике книги Сунь-Цзы следует относиться с известной осторожностью.

Да, сейчас другие времена. Только в рамках бурно развивающейся дисциплины «Системный анализ» разработаны новые методы, в том числе математические. А развитие информационных технологий создало совершенно новые возможности для сбора и обработки информации, управления сложными и сверхсложными системами. То, о чем у Сунь-Цзы говорится в самом общем виде, едва ли не в философских категориях, в современной реализации нашло отражение в работающих компьютерных программах, системах хранения баз данных и знаний. И, что небезынтересно, разработчики всего этого «добра» вполне могли не знать ничего ни о самом Сунь-Цзы, ни о его трактате.

Некоторое представление о современных методах исследования систем в приложении к организации боевых действий дает монография В.И. Новосельцева «Системный анализ: современные концепции». В предисловии редактора отмечается, что книга не загромождена математической символикой, что «позволило достаточно трудную, но интересную тематику сделать доступной для широкого круга читателей сказано:

«В книге выдвигаются и рассматриваются три утилитарных императива системных исследований в их диалектическом единстве:

— доминирования существа проблемы над формальными методами ее решения;
— конструктивности конфликтологического взгляда на природу вещей;
— безусловного приоритета модельных методов обоснования решений над эмпиризмом и умозрительностью»
.

Современные методы анализа систем предполагают, в частности, использование логико-лингвистических методов решения.

Например, для описания ситуаций используется так называемый язык ситуационного управления (ЯСУ), лексику которого образуют множества: базовых понятий {v}, базовых отношений {r}, имен {i}, элементарных решений {p} и оценок {O}. Из элементов этих множеств по определенным правилам грамматики ЯСУ конструируются тексты, дающие описание входных ситуаций S(t). Примером, иллюстрирующим возможности этого языка может служить описание следующей ситуации:

Десятый мотострелковый батальон (мсб) «зеленых» занимает оборону населенного пункта «О». Пятой механизированной бригаде (мбр) «синих», усиленной вертолетами огневой поддержки, поставлена задача захватить населенный пункт «О». Первый мотострелковый (мсб) и второй танковый (тб) батальоны пятой мбр «синих» находятся на марше и приближаются к зонам минометных и противотанковых средств «зеленых». Вертолеты огневой поддержки «синих» вошли в зону действия зентных ракет «зеленых».



Использование подобных структур исключает неоднозначность понимания описываемых ситуаций (характерное для естественного языка). Они «понятны» компьютеру, то есть могут легко записываться, храниться и обрабатываться, образуя базу предметных знаний. Такие тексты допускают формальные преобразования своих конструкций, в соответствии с грамматикой данного языка, что позволяет выодить новые понятия и обобщать ситуации (разделять множество ситуаций на подмножества-классы).

Так в чем же ценность трактата Сунь-Цзы для нашего современника?

Казалось бы, для ведения современных боевых действий куда более полезны боевые уставы различных родов войск. Для планирования военных операций любого масштаба весьма эффективны инструменты современного анализа систем. На кой нам тогда этот Сунь-Цзы? Стоит ли тратить время на его изучение?

Мне представляется, что ответ на этот вопрос следует именно из универсального, философского характера этого труда. Именно как к носителю определенных философских идей — применительно ко всем сферам человеческой деятельности, в которых присутствует соперничество, противостояние. В этом смысле лично мне близка точка зрения Новосельцева:

«Во все времена философские знания — это музыка для души, гармония разума, идущего свыше. Наше время не является исключением. Любой образованный человек, обращаясь к мыслям великих философов, может получить наслаждение, подобное тому, которое испытываешь, слушая божественные творения Баха, Вивальди, Чайковского. В философии, как в жизни, есть все: трагичное и смешное, вечное и преходящее. Надо только учиться понимать музыку философии — тогда жизнь станет другой, профессиональные и житейские проблемы будут разрешаться совсем иным образом»


Добавить в друзья: | ЖЖ | твиттер | фейсбук | ВК | одноклассники | E-mail для связи: gnktnt@gmail.com

?

Log in

No account? Create an account